Война - слишком важное дело, чтобы доверять её военным Жорж Клемансо
Целью войны является мир Аристотель
Война - всего лишь трусливое бегство от проблем мирного времени Томас Манн

Вторая чеченская война. Штурм Грозного в декабре 1999 года

Вторая чеченская война. Штурм Грозного в декабре 1999 года

В 1999-м федеральные войска второй раз брали Грозный. В отличие от кровавого новогоднего штурма 1994 года это событие не нашло подробного описания в СМИ. О подготовке штурма, его ходе и проблемах, с которыми столкнулись войска, газете «Военно-промышленный курьер» рассказал руководивший тогда боевыми действиями Герой России генерал-полковник Владимир Васильевич Булгаков.

 

– Почему опять штурм Грозного пришелся на Новый год? Во многих СМИ звучит версия, что руководство объединенной группировкой войск (сил) и Минобороны стремилось угодить Кремлю.

– Это просто совпадение, нас никто не подгонял. Войска вышли к Грозному в конце октября. Нам понадобилось время на уточнение обстановки, принятие решения, перегруппировку и подготовку войск к выполнению боевых задач, чтобы не повторить ошибок 1994 года.

Готовились серьезно. Во-первых, бой в городе имеет свои особенности, тем более мы знали, что боевики делали ставку на удержание города. Грозный для них являлся главным оплотом организованного сопротивления. Готовились к обороне города они заранее, тщательно и надеялись на то, что федеральные войска понесут большие потери. Вот почему на подступах к городу и в самом городе все пестрело плакатами «Добро пожаловать в ад. Часть II». Взятие города имело огромное моральное и политическое, можно даже сказать, стратегическое значение. Это должно было стать переломным моментом в КТО. Это понимали все. С другой стороны, лезть напролом – значит нести большие потери, повторить ошибки предыдущего штурма. Поэтому все подготовительные мероприятия заняли время и закончены были к концу декабря. Во-вторых, эти мероприятия проводились в ходе боевых действий по уничтожению бандформирований в равнинных, предгорных районах и овладению тактически важными пунктами на подступах к городу.

В-третьих, очень важно было освободить город до начала февраля, так как в феврале должен был проходить саммит Евросоюза, где обязательно бы затронули вопрос по событиям в Чечне. Поэтому необходимо было до начала саммита закончить активные действия и перейти к операциям по стабилизации обстановки. Все это вместе взятое определило срок начала операции. Поэтому все версии об угодничестве – это домыслы. Время начала операции определила обстановка.

– А руководство Минобороны торопило?

– Министр обороны маршал РФ Сергеев владел обстановкой и прекрасно понимал ситуацию. Однажды при очередном посещении моего КП он спросил генерала армии Казанцева и меня: «Успеем?». Я ответил: «Можем успеть, но в таком случае можем и много людей положить». Командующий ОГВ(с) поддержал меня. Сергеев подумал и сказал: «Не надо жертв. Действовать по обстановке. Задачу надо выполнить с наименьшими потерями». Тем самым он дал право на самостоятельные действия. Конечно, политическая обстановка довлела над нами. Надо отдать должное командующему ОГВ(с) Казанцеву. Он оградил меня от внешнего воздействия в ходе операции. Поэтому действия войск были по факту, то есть по складывающейся обстановке, без всякой гонки.

– Какой у вас был замысел как командующего штурмом?

– Замыслом операции предусматривалось одновременным ударом с четырех сторон в направлении Старые Промыслы – завод им. Ленина, стадион «Динамо» – вокзал, Старая Сунжа – вокзал, районная больница – вокзал рассечь группировку бандитов на изолированные группы с последующим их уничтожением. Исходя из замысла строил и боевой порядок, учитывал специфику предназначения сил и средств, входящих в состав группировки.

– А насколько была разведана обстановка, были ли выявлены узлы обороны, маршруты снабжения боевиков?

– Разведка по сравнению с прошлой операцией сработала хорошо. Работали все виды разведки до начала операции и в ее ходе. Было вскрыто много объектов – особенно баз, пунктов управления, места закладки фугасов, в том числе и химических, это позволило их обезвредить в ходе боев. А к обороне был подготовлен весь город, все здания, я уже не говорю о господствующих. Я не буду вскрывать всю специфику работы разведчиков. Правда, разведподразделения войсковой разведки необходимо готовить не как обычную пехоту. При подготовке разведподразделений надо максимально делать упор на тактико-специальную, психологическую подготовку. Разведчиков необходимо учить действиям в тылу противника, в отрыве от главных сил, самостоятельно. Да и подбор личного состава должен быть особый. От действия разведчиков зависит успех. Увы, к сожалению, учитывая эти недостатки, мы не решались пускать разведгруппы в город, опасаясь их потерять. Поэтому многие задачи возлагались на другие виды разведки.

– А как использовались средства РЭБ?

– Этот вопрос был отработан. Специалисты служб РЭБ вели разведку, перехваты, что позволило вскрыть многие объекты боевиков. Успешно шла дезорганизация управления путем подавления каналов связи. А говоря вообще о разведке, РЭБ, надо сказать, что командир будет обеспечен точными разведданными, если есть хорошая аналитическая группа, укомплектованная высокоподготовленными специалистами.

– Насколько плотным было окружение Грозного? Часто говорят, что боевики могли свободно входить и выходить.

– Солдата на каждом метре не поставишь. Зная местность, всегда можно найти брешь. Вспомните рассказы разведчиков, как они проникали в тыл противника через его передний край. Задача кольца вокруг города заключалась в том, чтобы не позволить боевикам уйти в горы и не допустить проникновения в город резервов, доставки боеприпасов, продовольствия и т. д.

Правда, вначале мы не могли понять, по каким каналам идут эвакуация раненых и пополнение личным составом и материально-техническими средствами. Судя по радиоперехватам, все заявки блокированных выполнялись. Уплотнили кольцо, взяли на строгий контроль организации службы в туман, ночью. Результат не в нашу пользу. А ларчик открывался просто. Оказалось, что боевики используют канализационные коллекторы. Это обнаружили разведчики. Срочно стали собирать материал по подземным коммуникациям города. Удалось составить схему этих коммуникаций, особенно их выходы за городом, которые были тщательно замаскированы и охранялись группами боевиков. После их блокирования сопротивление стало ослабевать, потому что подпитка группировки в городе прекратилась. По радиоперехватам стало ясно, что у боевиков появились проблемы с боеприпасами, продовольствием, медикаментами и т. д.

– Почему на первом этапе приняли решение штурмовать город силами оперативных бригад внутренних войск? Были ли они готовы к выполнению такой задачи? Насколько хорошо оказались подготовлены офицеры, ведь многие из них служили командирами конвойных частей и подразделений, а в этом своя специфика?

– Во-первых, в этот период части группировок «Восток» и «Запад» выполняли боевые задачи по уничтожению бандформирований в предгорных и горных районах, по блокированию города. Часть войск обеспечивала прокладку дороги вдоль границы с Грузией от Ингушетии до Дагестана. Группировка «Запад» готовила высадку ТВД в районе Итум-Кале с задачей перерезать дорогу и тропы, ведущие в Грузию.

Во-вторых, для выполнения задач в городе командование ОГВ(с) выбрало те части, которые успешно действовали в предыдущих боях, то есть были наиболее подготовленными, а их командиры могли принимать грамотные, разумные решения в сложной обстановке. Подчеркиваю, в сложной обстановке. Боевые действия в городе – это наиболее сложная разновидность. Грозный – крупный населенный пункт, тщательно и грамотно подготовленный к обороне, с сюрпризами и ловушками. Это «крепкий орешек», который должен был быть взят с минимальными потерями.

По своим возможностям оперативные бригады способны выполнять задачи городского боя, что они и доказали.

По подготовке офицеров можно сказать следующее. Часть офицеров обучалась в свое время в общевойсковой Академии имени Фрунзе, часть офицеров пришла из частей Министерства обороны, большая часть офицеров бригад и батальонов имела опыт боевых действий, пройдя горячие точки на Кавказе.

Первый этап боевых действий показал, что необходимо иметь более мощные штурмовые отряды, обладающие самостоятельностью действий.

Перед тем как приступить к основной фазе штурма города, со всеми отрядами провели занятия, тренировки, учитывая опыт действий штурмовых групп 62-й армии в Сталинграде. Да, из архивов привезли памятки, изданные в 62-й А, проштудировали их. С учетом опыта предыдущих боев внесли коррективы по составу и задачам. Учились офицеры и организации боя, управлению подчиненными и приданными силами и средствами, особое внимание обращалось на организацию взаимодействия не только внутри групп и отрядов, но и с соседями. Уточнили систему управления по вертикали.

Убедившись, что весь личный состав знает конкретно свои функциональные обязанности и порядок выполнения задачи, приступили к штурму.

Офицеры хотели и стремились выполнить задачу, а мы всегда помогали им, при необходимости подсказывали и учили. Вплоть до того, что спрашивали: «Как ты понял задачу и как будешь ее выполнять?». Добивались, чтобы у командира было ясно в голове. Такая подготовка проводилась с подразделениями Министерства обороны и ВВ. Первые и последующие бои показали, что подготовка штурмовых отрядов не потерянное зря время, а она способствовала успешному выполнению задачи, а главное – спасла многие жизни наших офицеров и солдат.

– В новогодний штурм 1994 года наши войска применяли артиллерию очень ограниченно. А как во время второго штурма?

– Артиллерия применялась по необходимости для решения следующих задач: подавление огневых средств и выявленных групп боевиков, уничтожение противника в узлах сопротивления, огневое окаймление штурмовых отрядов, воспрещение передвижения и маневра резервами. Исходя из задач артиллерия наносила огневые налеты или вела огонь прямой наводкой.

Применялось ВТО типа «Смельчак» и «Точка-У». За счет мобильных пеленгаторов и артиллерии создали разведывательно-огневой комплекс, который позволял в масштабе реального времени уничтожать пункты управления боевиков. Дошло до того, что они в эфире кричали друг другу: «Не болтай долго, американцы русским координаты сбрасывают!». Появилась радиобоязнь, возросла эффективность поражения пунктов управления.

– А как вражеские снайперы?

– Это было нашим бедствием. В городе снайпера очень сложно обнаружить. Многие позиции готовились заранее и очень изобретательно. По сравнению с 1994–1995 годами можно сказать, что уровень подготовки снайперов и их число у боевиков стали на порядок выше. Ими были созданы мобильные группы, которые перебрасывали снайперов на участки, где возникала угроза прорыва. Спасали дымы, которыми вначале пренебрегали, но потом поняли, что дымы все-таки спасают от прицельного огня снайперов. Но это была пассивная борьба, активную организовать сложнее. Наши армейские снайперы были подготовлены очень слабо. Только после открытия курсов и в войсках стали появляться более или менее нормальные снайперы. Но это позже, а в тот период мы не могли организовать антиснайперскую борьбу, несли потери. После доклада сложившейся ситуации начальнику Генерального штаба нам была оказана практическая помощь. Прибыли специалисты экстра-класса, снайперы из других ведомств. Своими грамотными и результативными действиями они свели проблему на нет и расчистили дорогу мотострелкам.

– Где вы приняли решение сосредоточить усилия на первом этапе?

– Согласно замыслу операции главный удар наносился со стороны Ханкалы в направлении вокзала. В этом случае брались под контроль все мосты и пути маневрирования, находящиеся в районах площади Минутка и центра города. На этом направлении действовали полк полковника Гусева и группа полковника Кукарина. Через консервный завод действовала группа полковника Груднова. Остальные части наносили вспомогательные удары, связывая боевиков боем.

Ханкалу взяли в ходе ночного боя, но в частный сектор ворваться не удалось. Если раньше боевики не вели боевых действий в частном секторе, то теперь они поняли преимущество плотных застроек, наличия густых садов и лабиринта узких улиц. Все это плюс наличие траншей и ходов сообщения между домами затрудняло действия войск. Упорное сопротивление боевики оказали на других направлениях. Задачи были выполнены частично. Наибольшего успеха достигли группа полковника Груднова и части, действовавшие в Старых Промыслах. Поэтому первый этап получился разведкой боем. Было принято решение закрепиться на достигнутых рубежах и уточнить план операции.

– Какие изменения вы внесли в планы?

– Изменения, вернее, уточнение решения шло в ходе всех боевых действий в зависимости от складывающейся обстановки, то есть, как мы говорили, по факту. Меняли направления ударов, проводили маневр частями, усиливали направления, где намечался успех, удары наносились одновременно со всех сторон или разносились по времени, заставляя боевиков перемещать резервы с одного направления на другое.

А маршруты маневрирования мы держали под огневым контролем. Надо отдать должное четким и грамотным действиям артиллеристов, которыми управлял, я считаю, наиболее подготовленный и опытный в Вооруженных Силах генерал Боковиков. То, что штурмующие несли минимальные потери, – это заслуга артиллеристов и лично его.

Но вернемся к вашему вопросу. Боевые действия выявили узловые опорные пункты, без уничтожения которых задачи не будут выполнены. Это районная больница, 15-й военный городок, консервный завод, группа зданий в районе стадиона «Динамо». Исходя из этого уточнили задачи частям и провели перегруппировку.

Группе полковника Фоменко задача оставалась прежняя – захватить здания в районе стадиона и в дальнейшем наступать в направлении вокзала. На усиление была придана танковая рота, которая своим огнем прямой наводкой должна была уничтожать огневые точки боевиков.

Группа, действовавшая в Старых Промыслах, усиливалась мотострелковым батальоном 205-я мсбр. Общее руководство на этом направлении было возложено на подполковника Стогова. Основная задача этой группы заключалась в обеспечении левого фланга группы Фоменко и правого фланга частей, действовавших в районе консервного завода, сковывании боевиков и зачистке Старых Промыслов.

В промежуток между группами подполковника Стогова и полковника Груднова вводилась часть полковника Сидорова. Задача – во взаимодействии с группой полковника Груднова овладеть консервным заводом и микрорайоном близ завода, овладеть мостом и в дальнейшем наступать в направлении президентского дворца, вокзала.

Группа полковника Кукарина смещалась на Ханкалу в полосу полка полковника Гусева. В эту полосу вводился и полк полковника Юдина. Задача – уничтожение боевиков в частном секторе, продвигаясь в направлении Минутки, способствовать полку Гусева во взятии 15-го военного городка. Полк Гусева главными силами брал районную больницу, а частью сил во взаимодействии с Юдиным захватывал 15-й военный городок.

В боевые порядки были включены сильные штурмовые отряды, группы разведки и уничтожения фугасов, особенно химических, а также группы разведки и блокирования канализационных и других колодцев, связанных с подземными коммуникациями.

Вся эта работа принесла положительные результаты.

– Как прошел второй этап штурма?

– Изменение направлений ударов и разновременность их направления, постоянное огневое воздействие, антиснайперская борьба усложнили действия оборонявшихся. Они метались, не зная, что предпринять. Мы продвигались от рубежа к рубежу, закреплялись и, уточнив задачи, развивали успех. Противнику была навязана наша воля. Он к этому готов не был, хотя огрызался отчаянно, чувствовалось, что дело идет к развязке.

Штурмовые отряды оказались мощным средством для самостоятельного ведения боя. У их командиров имелись резервы и огневые средства для решения любых внезапно возникавших задач. В каждом отряде рядом с командиром находились авианаводчик и артиллерийский корректировщик, что позволило в нужный момент подключить средства старшего начальника.

Учитывая, что излюбленным способом действий боевиков было просачивание, выход на фланги и тылы атакующих, нанесение внезапных ударов, мы вели штурмовые отряды в огневом окаймлении артиллерии. Для боевиков это было неожиданностью.

Другой неожиданностью было то, что в уличных боях участвовало незначительное количество бронетехники для ведения огня прямой наводкой, которая усиленно охранялась пехотой со всех сторон.

Они думали, что мы задействуем всю технику и ее будут безнаказанно жечь на улицах города. Не получилось.

А после взятия узловых опорных пунктов оборона боевиков как организованное сопротивление рухнула. Уже начались очаговые боевые действия. Победа была нашей общей. И армейцы, и вэвэшники внесли свою лепту. Опыт боевых действий показал, что такую сложную задачу, как штурм города, можно проводить объединенными группировками при правильной организации операции. Командиры на своих направлениях действовали грамотно, руководили войсками уверенно. Каждый из них выполнял поставленные задачи. Я был бы не прав, если бы не сказал, что победа может достигаться и малой кровью, и большими потерями. Поэтому ее цена зависит от обученности тех, кто непосредственно решает задачи на поле боя, от обученности солдата.

– А как боевики прорывались из Грозного?

– Через минные поля, на которые их вывели, проведя спецоперацию. Потери они понесли большие, а остатки, которые выскочили, добивали войска группировки «Запад».

 

Источник: ВПК