Война - слишком важное дело, чтобы доверять её военным Жорж Клемансо
Целью войны является мир Аристотель
Война - всего лишь трусливое бегство от проблем мирного времени Томас Манн

Как Англия в середине XIX века устроила геноцид ирландцев

Как Англия в середине XIX века устроила геноцид ирландцев

Великий голод в Ирландии в период между 1845-1849 годами стал причиной губительных эпидемий и массовой эмиграции. За этот период население Ирландии сократилось по самым скромным подсчетам на четверть. От голода погибло более одного миллиона человек (1 029 552 человек), примерно столько же ирландцев было вынуждено эмигрировать с острова в поисках лучшей жизни, немалая часть из них умерла в скитаниях, из-за болезней и недоедания. Причиной голода явились катастрофические неурожаи, вызванные болезнью фитофторозом, уничтожавшей клубни картофеля — основной сельхозкультуры Ирландии. В этот период от Phytophthora infestans страдали посевы картофеля по всей Европе, это было массовое заражение, начавшееся еще в 1840 году. Но, в отличие от Европы, население Ирландии целиком зависело от картофеля.

Довольно долгое время голод в Ирландии оставался незначительным событием в истории Великобритании, но для ирландцев это была настоящая катастрофа. Лишь сейчас поднимается вопрос о том,  что на события тех лет, унесшие столько жизней, в немалой степени влияли политические, социальные и экономические факторы. Голод 1845-1849 годов навсегда изменил облик Ирландии, как в историческом, так и в демографическом, политическом и культурном плане. Игнорируемый Британией, он является напоминанием о том, как может любить своих верноподданных Королева-мать. Голод в Ирландии также является основным инструментом в борьбе ирландских националистических движений. В истории Ирландии, как правило, имеется два периода: «до голода» и «после голода». Голод также помнят как величайшую демографическую катастрофу в Европе между Тридцатилетней войной и Первой мировой войной, от которой страна не смогла оправится вплоть до сороковых годов ХХ века!

Что стало причиной столь катастрофического положения ирландцев в середине ХІХ века? Казалось бы, в цивилизованной стране, находившейся вблизи благополучной и всемогущей империи, подобные события просто невозможны. В причинах гибели ирландцев не так уж и сложно разобраться, если иметь желание. Но, Великобритания никогда не стремилась афишировать свои просчеты, которые при детальном изучении похожи на геноцид.

С 1801 году Ирландия управлялась в соответствии с Законом Союза от 1800 года, как часть Соединенного Королевства Великобритании и Ирландии. Исполнительная власть была в руках лорда-наместника Ирландии и Генерального секретаря Ирландии, утверждаемого британским правительством. От Ирландии было представлено 105 членов парламента в Палате общин Соединенного Королевства. Еще 28 членов парламента избирались на должность в Палату лордов. Между 1832 и 1859 годами 70% представителей Ирландии были землевладельцами и сыновьями помещиков, не всегда ирландского происхождения.

С момента заключения союза Британия неоднократно пыталась изменить систему управления в Ирландии и провести ряд политических и экономических реформ. По мнению британцев, сельскохозяйственной стране необходима была немедленная смена приоритетов, как политических так и культурных. По мнению Бенджамина Дизраэли, представителя Консервативной партии Британии и будущего премьер-министра: «Ирландцы не более чем голодранцы, нечего общего не имеющие в своем обществе с аристократией и даже вера у них – чуждая христианской» (Blake, Robert (1967), Disraeli, University paperbacks, St. Martin’s Press, р.179). С 1801 по 1845 годы Ирландию посетило 114 комитетов и 61 специальных комиссий, которые проводили анализ экономического и социального потенциала Ирландии. Все как один, на протяжении сорока лет, прогнозировали бедствия: Ирландия была на грани голода, ввиду быстро растущего населения, большой безработицы и плохих жилищных условий, что делало уровень жизни невероятно низким. Все эти заключения выдавались на фоне рассвета британского государства, промышленность которого процветала, а экономический рост был одним из достоинств викторианской эпохи. При этом, не один из представителей комиссии не удосужился упомянуть о непосильном налогообложении ирландцев и отношении ленд-лордов к своим поданным - как к туземному населению своих колоний.

Фактически, Ирландию можно было полноценно назвать колонией Великобритании. Вместо этого, критике поддавались законы Ирландии запрещавшие католическое образование и полностью игнорировались проблемы в земельном законодательстве. Это привело к тому, что в 1829 году был сломлен религиозный барьер и почти 80% стали католиками. Это стало причиной еще большего обнищания населения, поскольку в церковь необходимо было относить еженедельные подношения. Учитывая, что большинство новообращенных католиков были из бедных слоев населения, не трудно себе представить, что в поиске защиты в религии, ирландцы нашли лишь источник дополнительных трат. В то же время, значительная часть зажиточных ирландцев и владельцев земли оставались протестантами. Землевладельцы практически не жили в Ирландии, а все время проводили в Лондоне, поскольку многие из них были видными политиками. Во владениях распоряжались хозяйством ставленники, которые контролировали ход работ и отправку налогов и продовольствия в Британию. Практически вся прибыль с сельхозугодий и скот отправлялись в Британию.

В 1843 году британское правительство рассмотрело вопрос земельного  законодательства в Ирландии. К тому моменту парламентарии пришли к выводу, что это основная причина проблем в стране. Была создана специальная Королевская комиссия во главе с графом Девоном Генри Кортни для пересмотра земельного законодательства Ирландии. Дэниел О’Коннел, выдающийся ирландский политический деятель, описал деятельность комиссии, как абсолютно предвзятую, поскольку она состояла исключительно из землевладельцев, не заинтересованных в кардинальных реформах земельного законодательства. В первый неурожайны год – 1845 год, граф Девон сообщил, что: “невозможно адекватно описать трудности, которые испытывают ирландские крестьяне и их семьи… во многих районах их единственная еда - картофель, а и их единственный напиток - вода … их лачуги плохо защищены от непогоды … кровать или одеяло было роскошью … и почти во всех дворах, свиньи и кучи экскрементов…” (Cecil Woodham-Smith, The Great Hunger, Harmondsworth: Penguin, 1991 р.24). Члены комиссии пришли к выводу, что изменения в образе жизни ирландцев, если и произойдут - то лишь благодаря терпению и тщательной работе над законодательной базой. В действительности работа комиссии свелась к тому, что бы представить ирландцев людьми низшего сорта, не способных к самоорганизации. На этом вопрос закрыли, не уделив достаточного внимания причинам тотальной нищеты.

Конечно, заострять на этом внимание было не выгодно достопочтенным лордам, поскольку причинами были кабальные налоги. И все же, в отчете комиссии упоминалось плохое отношение помещиков к своим работникам. Причиной тому было то, что Ирландия, фактически была оккупмрованной страной, не имевшей такого понятия как аристократия и наследственность королевской семьи. Не было в Ирландии феодалов с многовековыми семейными традициями и ветвистыми генеалогическими древами.

Большинство новоявленных землевладельцев считали, что поскольку их земля была единственным источником богатства, значит они должны извлечь из нее максимум выгоды. Ярким примером такого отношения являлось поведение лэнлордов, открыто заявлявших, что Ирландия была враждебным местом для проживания, и, как следствие, отсутствие аристократии было обычным явлением. Некоторые землевладельцы посещали свою собственность только один или два раза в своей жизни, после чего не стремились возвращаться, увидев нищету, окружающую их владения. Деньги же с аренды земли регулярно поступали в Англию. За сорок лет с момента заключения союза с территории Ирландии было вывезено шесть миллионов фунтов стерлингов, невероятные деньги для того времени. И все эти поборы находились в руках наместников помещиков, чей талант оценивался в соответствии с количеством денег, которые они смогут выбить с крестьян. 

В Ирландии с ХVIII века широко применялась система посредников для переговоров между землевладельцами и крестьянами. Благодаря посредникам, хозяева земель получали постоянный доход со своих владений. Использование посредничества стало наиболее репрессивным промежутком в истории Ирландии. Самих посредников называли вампирами и убийцами земли. Дело в том, что посредники арендовали землю у землевладельца, проживающего за тысячи километров в Лондоне, по определенной цене. Далее, посредник делил землю на мелкие части, и сдавал её в аренду крестьянам по гораздо большей цене. В свою очередь, посредник имел полное право выселить крестьян из своих домов за неуплату арендной платы или за отказ заниматься установленной посредником деятельностью. К примеру, разводить овец вместо выращивания картофеля.

Посредник мог менять условия аренды, а по окончанию срока аренды имел право выселить крестьян из домов без объяснения причин. Хотя, не всегда нужно было дожидаться окончания аренды, учитывая статус ирландцев (как людей низшего сорта), к ним применялись и соответственные меры. Крестьяне того времени в Ирландии были самым незащищенным классом. Лишь в Ольстере соблюдались права арендатора, благодаря введению “права аренды”, благодаря которому крестьяне получали компенсацию за любые изменения, внесенные в условия контракта. Во многом, Ольстер, считавшийся центром процветания и спокойствия в Ирландии, обязан этими качествами именно праву арендатора. Из-за того, что землевладельцы Ирландии использовали свои полномочия без угрызений совести и "трусили" крестьян все больше и больше, под страхом выселения, ирландцы-крестьяне стали самым ущемленным и обездоленным народом во всей Западной Европе.

К 1845 году 24% всех ирландских хозяйств имели площадь от 0,4 до 2 га, а 40% - от 2 до 6 га. Из-за низкой плодородности земли в основном сажали картофель, неприхотливый к особенностям островного климата. Британское правительство знало, что незадолго до Великого Голода бедность была настолько распространена среди населения, что треть всех мелких фермеров не могли даже прокормить свои семьи после уплаты ренты, за исключением доходов от сезонной работы, ради которой выезжали в Англию и Шотландию. Изменения в законодательстве, относительно разделения земли по определенным размерам, были внесены лишь после трагических событий 1845-1849 годов.

Согласно переписи 1841 года, население Ирландии составляло 8 млн. человек, две трети из которых зависело от сельского хозяйства. Однако, большинство из крестьян должны были работать на помещиков в обмен на право возводить сельхозпродукцию на собственный земле, чтобы прокормить семью. Эта система вынудила уйти от попыток возведения разных культур на своих наделах, поскольку лишь картофель давал достаточный урожай для прокормки всей семьи в течение года - от урожая до урожая. Фактически, лишенный участка крестьянин, автоматически обрекался на голодную смерть. 

Картофель был введен в Ирландии, как садовое растение. В конце семнадцатого века станет пищевой добавкой, в то время как основной пищей по-прежнему оставался хлеб, молоко и продукты на основе зерновых. В первые два десятилетия восемнадцатого века картофель стал основным продуктом питания бедных слоев населения, особенно в зимний период. В результате экономических реформ между 1760 и 1815 годами, ирландцы вынуждены были перейти полностью на картофель, как основную пищу на протяжении всего года во всех мелких хозяйствах. Одним из элементов реформирования был переход большенства хозяйств от выращивания сельхозкультур к разведению крупного рогатого скота, который полностью отправлялся в Англию. Вот, что по этому поводу говорит Джереми Рифкин, американский экономист и публицист: «Британские колонизаторы, превращали большую часть полей в огромные пастбища для скота, насыщая свой рынок недостающим продуктом. Британское пристрастие к говядине оказало разрушительное воздействие на нищую несчастную  Ирландию. Изъятие лучших земель заставило ирландцев обратится к картофелю, урожай с которого мог быть получен в небогатой почве. В конце концов, коровы заняли большую часть Ирландии, оставляя местное население практически полностью зависимыми от картофеля». До появления болезни Phytophthora infestans, было только два основных заболевания картофеля. Один назывался «сухая гниль», а другой - “свертышь”.

Уже после голода, в 1851, был составлен отчет по всем неурожаям в Ирландии. До Великого голода было 24 неурожайных года, которые, как отметили, не повлияли столь губительно на сельское хозяйство. Неурожай отмечался в 1728, 1739 и в 1740 годах. В 1807 году была уничтожена половина урожая, но это не стало катастрофой. Затем неурожайными были 1821 и 1822 годы. Тогда урожай картофеля полностью пропал в Мюнстере и Коннахте. В 1830 и 1831 гг. графства Майо, Донегал и Голуэй остались тоже без урожая. В 1832, 1833, 1834 и 1836 гг. большое количество районов понесли серьезные потери, и в 1835 году, урожай не получили в Ольстере. В 1836 и 1837 годах, были слабые урожаи по всей Ирландии, которые повторились в 1839 г. по всей стране. 1841 и 1844 годы были катастрофическими по неурожаю. Сложно сказать, каким образом Phytophthora infestans попал в Европу, т.к. этот вредитель до 1844 года не проявлял себя в этих землях. По одной версии, источником заражения могли оказаться удобрения, которые переправляли на грузовых судах из Перу.

Первые упоминания о фитофторозе появилось в 1844 году в ирландских газетах. Сообщалось о болезни, которая два года назад (1842) уничтожила урожай картофеля в Америке. По всей видимости, вероятным источником заражения была восточная часть Соединенных Штатов, где в 1843 и 1844 гг. аналогичная чума опустошила картофельные плантации. Опираясь на этот факт, можно предположить и то, что суда Балтимора, Филадельфии и Нью-Йорка принесли болезнь в европейские порты. Не исключено и то, что болезнь была переправлена через Океан вместе с картофелем, использовавшимся для приготовления еды. Попав в Европу, болезнь быстро распространилась. В конце лета и в начале осени 1845 года она достигла Центральной Европы. В Бельгии , Нидерландах, северной Франции и южной Англии урожаи пострадали от фитофтороза. 16 августа 1845 года журнал «Ведомости Садоводов» опубликовал  статью, в которой были описаны последствия болезни: "...в Бельгии были пусты практически все поля. Ни одного здорового клубня картофеля на рынке в Ковент-Гарден!" Эти статьи были опубликованы и в  ирландских газетах. 13 сентября «Ведомости Садоводов» сообщили, что болезнь была обнаружена в Ирландии. Британское правительство, тем не менее, не вдавалось в панику - испытывало оптимизм по поводу складывающейся ситуации.

Потери урожая в 1845 составили 50%. В Дублин, шли сотни писем, со  всей Ирландии, в которых сообщалось о чудовищном неурожае. 19 ноября 1845 года  было официально заявлено о потере 1/3 всего урожая картофеля. В 1846 году три четверти сельскохозяйственных культур были потеряны из-за вредителя. В декабре того же года, почти 300 тыс. ирландцев остались без средств для существования. Именно неурожай 1846 года подвел Ирландию к грани, когда необходимо было принимать решительные меры. Но Лондон молчал, продолжая своевременно получать налоги и корабли с крупным рогатым скотом. Ситуация кардинально не изменилась и в неурожайном 1847 году. И в 1848 году - тогда взошло лишь 2/3 от всех посевов. Почти 3 миллиона ирландцев были брошены на произвол судьбы правительством Британии.

Когда центральная власть бездействовала, местные органы власти могли лишь молить о помощи, поскольку своих возможностей для борьбы с голодом у бедной Ирландии практически не имелось. Корпорация Дублина идет на откровенный шаг. В Лондон отправляется памятник королеве Виктории, с мольбой о внеочередном созыве парламента (на тот момент парламент был в отпуске) и просьбой о выделении денег для борьбы с паразитами. Совет города Белфаст созвал экстренное собрание и направил аналогичные предложения.

Но все просьбы остались без ответа… Вот что по этому поводу писал журналист и политический активист, Джон Митчел: «Лондон ссылался на то, что, поскольку Ирландия не являлась неотъемлемой частью Королевства, проблемами острова должны заниматься местные органы власти из расчета местных бюджетов». Митчелл был уверен, что если бы Йоркшир и Ланкашир понесли аналогичные бедствия то Королева, без сомнения, приняла бы экстренные меры в кратчайшие сроки». Это лишний раз доказывало, что Великобритания не относилась к ирландцам как полноправным гражданам своей империи, не считая их людьми в принципе.

Совет граждан Дублина, среди которых были такие видные политические и общественные деятели как Август Фитцджеральд, Валентин Лоулесс и Дэниел О’Коннелл, обратились к лорду-наместнику Ирландии и внесли ряд предложений по стабилизации ситуации. Они предложили открыть порты для импортного зерна и временно остановить экспорт зерна из Ирландии. Учитывая критическую ситуацию с продовольствием, эти меры были бы весьма полезны. Однако лорд-наместник Хэтсбэри ответил отказом, объяснив это тем, что меры предложенные советом - “преждевременны” и вопросом эпидемии картофеля занялись ученые, направленые из Англии.

Ученые из (Playfair and Lindley) действительно были отправлены, чтобы проверить факты эпидемии фитофтороза, и в Лондон уже регулярно поступали отчеты со всех районов. Инспекторы подтверждали слабые урожаи и отмечали факт заболевания клубней картофеля, но резюмировали свои доклады чрезмерным преувеличением сложившейся проблемы. 8 декабря 1845 Дэниел О’Коннелл предложил ввести «права арендатора», аналогичные как в Ольстере, по всей территории Ирландии. 

Выплаты крестьянам смогли хоть в какой-то мере поправить их бедственное положение. О’Коннелл, затем, предложил использовать законодательные методы бельгийцев в течение того же сезона: закрыть порты на экспорт, но открыть для импорта. Он предположил оставлять весь урожай в Ирландии и остановить его экспорт. О’Коннелл требовал от ирландского парламента решительных действий, вплоть до разрыва союза с Британией. Однако, практически все инициативы и требования сводились на нет.

Джон Митчел 14 февраля 1846 года называл ситуацию катастрофической и удивлялся бездействию правительства по выходу из продовольственного кризиса. Политическая верхушка не замечала того, что в скорой перспективе миллионам ирландцев будет нечего есть». 28 февраля Митчел написал о плане спасения Ирландии, который будет вынесен на голосование в Палате лордов. 

Правительство по прежнему отвергало все предложения ирландской стороны, ссылаясь на то, что они не обязаны кормить ирландский народ. В статье «Правило огня» от 7 марта 1846 года, Митчел писал, что ирландский народ ожидает голод и вместо помощи правительства, он получает плоды жадности и жестокой политики Англии. Митчел уверен, что Ирландия была брошена на голодную смерть из-за алчности Англии. По его словам, люди находились на грани выживания, в то время  как нагруженные кукурузой корабли, поднимали паруса и уходили в сторону сытой Британии. Митчел одним из первых обвинил Англию в умышленном игнорировании и замалчивании голода в Ирландии. Он не только одним из первых описал голод тех лет, но и открыто обвинял Британию в преднамеренном убийстве ирландцев. За это он был привлечен к ответственности по обвинению в клевете, но суд присяжных его оправдал. Затем он снова был привлечен к ответственности за измену и приговорен к 14 годам ссылки в Бермудские острова.

Ирландская газета The Nation цитировала Чарльза Гавани Даффи, ирландского националиста, политика (позже колонизатора Австралии): одним из средств, которые остальная Европа приняла в периоды отчаяния было сохранение продуктов питания, произведенных в стране, чтобы кормить свой народ. Ирландия была, в соответствии с Законом Союза 1800 года, неотъемлемой частью Британской империи - самой богатой империи на земле, самой плодородной частью этой империи. И, все же, избранных представителей Ирландии в британском парламенте оказалось недостаточно для действий от имени страны и защиты её интересов. Комментируя это, Джон Митчел писал: "На острове говорят, что мы принадлежим самой богатой империи в мире. И эта империя может в течение пяти лет потерять два с половиной миллиона собственного народа (более одной четверти) от голода, болезней и последующей эмиграции…" . Период Великого голода в Ирландии с 1845 до 1851 года, стал периодом накала политического противостояния, возникновения сепаратистских настроений и призывов к вооруженному восстанию.

Итак, вернемся к тому моменту, когда над Ирландией нависла реальная угроза голода и многие ирландские общественные и политические деятели трубили тревогу. А что же Империя? Ирландский историк Фрэнсис Лайонс характеризует первоначальную реакцию британского правительства как "сравнительно быструю и успешную". Столкнувшись с первыми неурожаями осенью 1845 года, глава правительства, сэр Роберт Пил, тайно купил в Америке 100 000 фунтов кукурузы и индийской кукурузной муки. В тоже время Baring Bros & Co выступает в качестве агента правительства, которое, по словам историка, не стало чинить препятствия для частной помощи. Однако, из-за плохих погодных условий, первые корабли прибыли в Ирландию лишь в начале февраля 1846 года. Эта кукуруза была продана за копейки, причем она не была обработана и эта задача включала в себя длительный и сложный процесс, который невозможно было осуществить на местном уровне.

В 1846 Пил отменил законы о тарифах на пшеницу, которые держали цены искусственно завышенными. Но, ситуация по прежнему ухудшалась и голод продолжал распространятся в 1846 году по всей Ирландии, что лишний раз говорит о том, что принимаемые правительством меры и законы не помогли ирландцам, а лишь создавали видимость работы. В марте Роберт Пил создает программу общественных работ, но был вынужден уйти в отставку 29 июня.

Правительство Пила потерпело поражение 25 июня в Палате общин и уступило место Джону Расселу, вступившему в должность десять дней спустя. Акты преемника Пила, лорда Джона Рассела , окажутся еще более неэффективными и приведут лишь к ухудшению продовольственного кризиса. Рассел внес ряд общественных проектов, которые по декабрь 1846 занято полмиллиона ирландцев, но оказалось, что проектами некому управлять и контролировать их осуществление. 

Сэр Чарльз Тревельян, который отвечал за управление государственной помощью для жертв голода, достаточно недвусмысленно высказался о том, почему правительству не удается оказать эффективную помощь Ирландии, все дело – в промысле Божьем. Тревельян считал, что: "суд Божий послал бедствие дабы преподать ирландцам урок". Именно этот политик, за свое изречение и был упомянут в ирландской народной песни The Fields of Athenry, описывающей события Великого голода.

Что касаемо общественных проектов, то они организовывались таким образом, что продуктивность от них была нулевой. Общественные работы не создавали средств для оплаты своих расходов. Сотни тысяч больных и голодающих людей, по словам Джона Митчела, копали ямы, строили дороги, дома, но все это было абсолютно бесполезной деятельностью. Новая администрация партии вигов во время правления Рассела, под влиянием его веры в невмешательство, не осуществляло сколь-нибудь важных проектов, надеясь, что рынок будет наполнятся необходимыми продуктами. Таким образом, бездействие правительства Рассела оставило людей без работы, денег и продуктов питания. Лишь в январе оно приступило к осуществлению программы прямой помощи, внесения поправок в закон и бесплатными акциями по раздаче еды. И снова эти старания не приносят должного эффекта. Издаваемый закон о бедных подразумевает, что затраты по обеспечению крестьян продовольствием должны нести в основном землевладельцы. Это привело к тому, что землевладельцы дабы сократить свои проблемы стали изгонять крестьян со своих земель. Это привело к росту бездомных. Именно закрепление обязанностей по обеспечению крестьян продовольствием на землевладельцев и стало главным, уязвимым местом в законе. Как можно было возлагать подобные обязательство на тех, кто стал непосредственным виновником голода? Как можно было возлагать подобное обязательство на тех, кто у себя на землях бывал не более двух раз за всю жизнь, проживая в благоустроенных апартаментах Лондона? Еще один бессмысленный закон, как отмашка, создающая лишь видимость бурной деятельности…

Между тем, проблему голода мог бы частично решить импорт из других стран. Однако, согласно отчетам, экспорт в Ирландию продуктов питания не осуществлялся никогда. К примеру, когда Ирландия пережила голод в 1782-1783 гг., порты были закрыты. Местные цены выросли, купцы жаловались, но правительство все это игнорировало. Такая же ситуация повторилась и в 1840 году.

Британский историк и публицист, Сесиль Бланш Вуудхэм-Смит утверждала, что большего проявления жестокости и лицемерия к Ирландии со стороны Англии, нежели как в 1845-1849 годах, история взаимоотношений этих двух государств не знала. Сесиль считает, что огромное количество продуктов питания, экспортируемых в Англию из Ирландии во время периода Великого Голода, стало причиной смерти многих сотен тысяч ирландцев и обогащения сотен британских сэров.

Кристина Кинели, профессор Ливерпульского университета и автор нескольких работ на тему Великого голода утверждала: «эту Великую катастрофу и чудовищный голод, спровоцировал так же ирландский экспорт скота (за исключением свиней ) фактически увеличившийся именно во время голода. Продукты отправлялись под конвоем военных через те регионы, которые наиболее страдали от голода. И не смотря на этот колоссальный экспорт, бедные не имели денег, чтобы купить еду».

Между тем, многие британские политики даже обсуждали возможности благотворительности, и в феврале 1845 года многие приветствовали тот факт, что правительство отказывалось от любой помощи от других стран. К примеру, Уильям О’Брайен выразил мнение, что ресурсов страны более чем достаточно, чтобы адекватно поддерживать население... Тем не менее, весть о катастрофическом положение в Ирландии облетела весь мир. О Великом Голоде знали даже за Океаном и лишь в Лондоне делали вид, что все не так уж и плохо. На этом фоне в Ирландию стали поступать пожертвования с других стран.

Падение урожаев во время голода в Ирландии

Большие суммы денег были пожертвованы благотворительным организациями. Первое пожертвование пришло из Калькутты в размере 14 000 фунтов ст. Эти деньги были собраны ирландскими солдатами, служившими британской Ост-Индской компании. Папа Пий IX послал 2000 фунтов.

Многие религиозные организации тоже оказывали помощь пострадавшим. British Relief Association была одной из этих групп. Основанная в 1847 году, Ассоциация собрала деньги для Ирландии в Англии, Америке и Австралии. Фонд организации направил письмо к королеве Виктории с просьбой о деньгах для помощи Ирландии. Ассоциации удалось собрать за первую половину 1847 года  171 533 фунтов. В общей сложности, за 1847 год Ассоциация собрала около 200 000 фунтов.

Частные учреждения, такие как Центральный комитет помощи Общества Друзей (квакеров) попытались заполнить бюрократический пробел в организации распространения продуктов питания и призвали правительство решить это вопрос. В результате ряд законодательных преград при распределении и транспортировке продуктов было упразднено.

В 1845 году султан Османской империи Абд-уль-Меджид I заявил о своем намерении направить 10 000 фунтов для поддержки ирландских крестьян, но королева Виктория просила султана отправить только 1 000 фунтов, т.к. она сама на тот момент оказала помощь Ирландии только в размере 2 000 фунтов. Султан послал оговоренную 1 000, но и тайно отправил три корабля с продовольствием. Британия пыталась заблокировать корабли, но еда прибыла в портовый город Дроэда, графства Лаут.

В 1847 году группа американских индейцев чокто собрала $ 710 и отправила на помощь: «мужчинам, женщинам и детям голодающим в этой стране». Стоит отметить, что за шестнадцать лет до этого события, племя чокто тоже испытало на себе бремя лишений и ужасы голода, названное в их культуре – Тропа слез. И хотя, кажется, что деньги это небольшие, по сегодняшним меркам, но тогда, это было целое состояние, в особенности для индейцев, живших в резервациях.

Но, несмотря на оказываемую благотворительную помощь со всего мира, ситуация в Ирландии, тем не менее не улучшалась, а даже наоборот — ухудшилась. Причиной тому стало массовое выселение крестьян из своих домов остервеневшими лендлордами. Землевладельцы были ответственны за выплату налогов каждого арендатора с доходами ниже 4 фунтов в год. Владельцы, которые имели на своих землях бедных арендаторов, вскоре столкнулись с долгами британскому правительству. Поэтому они начали сгонять бедных жильцов из мелких хозяйств, объединяя их в более крупные хозяйства, что в свою очередь подняло аренду более четырех фунтов в год. Это позволило лендлордам снизить свои долги, но уменьшить заработок крестьян.

Пик выселения пришелся на 1847 год. Невозможно точно сказать, сколько людей были выселены в годы голода, поскольку только в 1849 году полиция начала подсчеты бесхозной земли, и в отчетах было упомянуто около 250 000 человек официально выселенных из домов. Безусловно это значение ниже реального числа и количество людей, выселенных за период с 1846 по1854 годы. Реальное число достигает примерно полумиллиона человек.

Убыль населения Ирландии по сравнению с приростом в Европе

Историк Хелена Литтон утверждает, что тысячи родов покинули свои земли, и это не было добровольным актом. В некоторых случаях крестьянам даже выплачивались небольшие суммы денег, чтобы те покинули свои дома. При этом, они оказывались на улице, поскольку приюты отказывались их принимать. Графство Клэр было одним из худших мест в Ирландии, где владельцы выселили тысячи семей и разрушали их дома. Капитан Кеннеди в апреле 1848 г. подсчитал, что около 1000 домов, в которых проживали в среднем по шесть человек в каждом, были снесены, начиная с ноября. В первой половине XIX века население графства Клэр неуклонно росло, и достигало 208 тыс. человек.

Великий голод стал причиной не только большого количества смертей, но и массовой эмиграции местных жителей в США. Перепись населения графства, спустя почти сто лет после трагических событий 1845-1850 годов, в 1966 году показала, что демографическая ситуация по прежнему крайне тяжела, поскольку в регионе насчиталось всего 73,5 тыс жителей.

После графства Клэр, регионом, наиболее пострадавшим от выселения являлось графство Мейо. На долю этой области приходится 10% от всех выселенных за время голода. Граф Лукан, который владел более чем 24 000 акрами земли, был одним из худших владельцев. Он заявлял, что не собирается плодить нищих для подати священникам и согнал с земель более 2000 крестьян.

В 1848 году маркиз Слиго дабы погасить задолженность в 1650 фунтов согнал около 25% крестьян со своих земель, со всем их имуществом. Подобная жестокость по отношению к крестьянам стала причиной ответной агрессии. Арендаторы мстили посредникам, землевладельцам, лендлордам. Имения семи землевладельцев атаковали разъяренные ирландцы, шестеро посредников было убиты в течение осени и зимы 1847 г, позже -еще десять.

Лорд Кларендон, испугавшись, что может начаться восстание, потребовал от правительства введения чрезвычайного положения в Ирландии. Лорд Джон Рассел не разделял опасений Кларендона и проигнорировал его призыв. Между тем, лорд Кларендон считал, что за трагедию в первую очередь были ответственны помещики: «в Англии эти землевладельцы охотятся на зайцев и куропаток в то время как их наместники выселяют бедных людей из домов и сжигают их лачуги, не оставляя крестьянам никакой надежды на будущее».

Из-за увеличившегося количества преступлений в 1847 году в Ирландию были введены дополнительные войска. Голод стал причиной значительного увеличения эмиграции из Ирландии, от 45% до 85%, в зависимости от года и региона. Стоит отметить, что и до Великого голода существовала проблема эмиграции в Ирландии. Эмиграция стала повсеместным явлением в Ирландии примерно с середины восемнадцатого века. Тогда, в течении 50 лет четверть миллиона человек покинули Ирландию отправившись в Новый Свет. После поражения Наполеона и до начала голода, в течение 30 лет, почти миллион Ирландцев покинул родину. Но это цифры, выходящие из десятилетий, в то время как в период Великого голода, эмиграция составила около 250 000 всего за один год!

Целые семьи массово эмигрировали за Океан. Это явление приняло настолько колоссальные масштабы, что для общества стало своего рода обрядом посвящения. Эмигранты начинали новую жизнь, но не теряли связей с родиной.

В период с 1845 по 1850 годы главными направлениями эмиграции были  США, Канада, Австралии, мало кто осмеливался перебираться в Англию или Шотландию. Из 100 000 ирландцев, что приплыли в Канаду в 1847 году, по оценкам исследователей, пятая часть умерли от голода и недоедания, из них пять тысяч - на острове Гросс, где в 1847 году разразилась эпидемия тифа. Смертность среди эмигрантов достигала 30% и многие умирали еще на кораблях, перевозивших эмигрантов в ужасных, антисанитарных условиях.

До 1854 году почти 2 миллиона ирландцев покинули свою страну из-за выселения, голода и ужасных условий жизни. В Америке большинство ирландцев стали изгоями. Многим пришлось остаться в городах швартовки их кораблей. В 1850 году ирландцы составляли четверть населения Бостона, Нью-Йорка, Филадельфии и Балтимора. По данным переписи населения 1851 года в Канаде более половины жителей Торонто были ирландцы, а в 1847 году 38 000 ирландских беженцев переехало в город с чуть более 20 000 жителей. Другие канадские города также получили большое количество ирландских эмигрантов.

Канада, как часть Британской империи, не могла закрыть свои порты для ирландских судов, как, к примеру, Соединенные Штаты, и билеты на них могли быть приобретены по довольно низкой цене (в некоторых случаях землевладельцы даже предоставляли билеты на суда вселяемым со своих земель семьям). Однако, опасаясь националистического восстания, британское правительство начало создавать препятствия для ирландской эмиграции в Канаду после 1847 года, что привело к увеличению эмиграции в США. 

В 1847 году Уильям Смит О’Брайен, лидер партии Молодой Ирландии, стал одним из основателей ирландской конфедерации и выступал за отказ от Союза 1800 года, требуя прекратить экспорт продуктов питания. В следующем году О’Брайен организовал сопротивление безземельных крестьян в графстве Типперэри против помещиков и их посредников. Между 23 и 29 июля 1848 года, О’Брайен, Мегхер и Диллон призывали к восстанию, в период когда они путешествовали между графствах Вэксфорд , Килкенни и Типперэри. Последняя большая встреча лидеров Молодой Ирландии произошла 28 июля. На следующий день, О’Брайена уже пытались арестовать. Он забаррикадировался в доме и взял в заложники несколько человек. Полиция долгое время вела переговоры с лидером партии и в результате пошла на штурм. Во время завязавшейся перестрелки несколько человек получили ранения, О’Брайен был арестован.

Несколько лидеров повстанческого движения также были обвинены и осуждены за подстрекательство к бунту. Им была объявлена смертная казнь в качестве приговора, но позже её заменили на изгнание в Тасманию. Мегхер и Джон Митчел смогли бежать в США в 1850-х годах. Таким образом, попытка вооруженного восстания была пресечена на корню.

Последствия голода. Не известно точно, сколько погибло во время голода. Болезни, недоедание, холод, антисанитария, вот небольшой список причин смертности того периода. Государственная регистрация рождаемости, браков в Ирландии, как таковая не велась, потому те записи, что есть являются неполными.

Оценка нанесенного демографического ущерба была достигнута путем сравнения ожидаемых чисел населения с их последующим количеством на 1850 год. Прогноз показал, что ожидаемое население Ирландии на 1851 год должно было составлять от 8 до 9 миллионов. Перепись населения в 1841 году показала численность населения в районе 8 миллионов человек. Перепись сразу после голода в 1851 году учла 6 552 385 жителей Ирландии. Падение составило около 1,5 млн. в течение неполных десяти лет.

Современный историк Эр Джей Фостер считает, что: «по крайней мере 775 тысяч погибли, в основном от болезней, в том числе холеры на ранних стадиях геноцида». Он отмечает, что последние исследования показывают, что смертность с 1846 по 1851 составила чуть более миллиона человек. Кроме того, более миллиона эмигрировало в другие страны в последующие десятилетия.

Картофель по-прежнему остался основным сельскохозяйственным производством в Ирландии и после голода. В конце девятнадцатого века, потребление картофеля на острове было 4 фунта в день на душу населения – самое высокое в мире. В 1911 г. перепись населения, на острове Ирландия показала всего 4,4 млн. человек, что соответствовало 1800 году.

Демографический кризис в Ирландии продолжался вплоть до 40-х годов ХХ века. Современные взгляды на события тех лет разнятся. Кто-то предпочитает о них умалчивать, кто-то наоборот, пытается обратить внимание на историческую несправедливость.

Довольно много обвинений произносится в адрес правительства, неспособного справится с масштабной катастрофой и попросту закрывавшего на неё глаза. Сэр Джеймс Грэм, который был государственным секретарем по внутренним делам в последние дни правительства Роберт Пила,  писал, что: «реальные масштабы ирландской проблемы занижены и не могут быть устранены мерами, предусмотренными правительством».

Дебаты и дискуссии о роли британского правительства в умышленной организации крупномасштабного голода и организации геноцида, продолжаются и сейчас. Отметим, что лишь ирландцы относятся к событиям тех дней однозначно, считая их проявлением геноцида. По всей Ирландии можно встретить множество мемориалов, посвященных памяти жертв Великого голода. Особенно много их в регионах, которые понесли наибольшие потери, и в городах по всему миру, где проживают значительные общины ирландцев. 

 

Автор Коваленко Александр, прописан в Живом Журнале по адресу http://antihollywood.livejournal.com/